Падение Авелора  - Алекс Рауз

В следующее мгновение звуковой фон вокруг Нэссы преобразился. Стоны сменились деловой суетой, смехом и редкими раздраженными вскриками. Вслед за ушами глаза также согласились принять новую реальность – она стояла посреди оживленной, смутно знакомой площади. Память, как водится, заработала последней – девушка действительно стояла в самом центре столицы соседнего государства.

Как ни странно, путешествовать с Эрин оказалось менее болезненно, чем с демоном Рида.

В ее плечо врезалась торговка, пробегавшая по своим делам. Ругнувшись парочкой скверных слов в адрес неловких магов, она убежала.

Адалия стояла рядом, в таком же смятении оглядывая людей вокруг. Рид, более привычный к быстрым перемещениям, внимательно изучал огромное здание, обрамленное белой колоннадой, размещавшееся в центре площади. Эрин выжидающе смотрела на спутников.

– Дальше? – безразличным тоном спросила она.

– У нас пара часов, – наконец произнес маг. – Неподалеку есть таверна, можем подождать там.

– Как скажешь.

Чистые, дорогие серо-розовые гранитные плиты вымощенных улиц еле заметно оплавлялись под шагами графини, а люди старались обходить ее как можно дальше, не отдавая себе отчета в подсознательном порыве. Абсолютно никто не смотрел на Эрин, будто ее здесь и не было.

Снующие повсюду горожане, красивые каменные дома, фонтан, изображавший юную девушку с добродушно распахнутыми руками, – вся привычная картина вызывала у Нэссы жуткий диссонанс. Легкое ощущение, будто она постепенно сходит с ума, появилось в голове и никак не хотело ее покидать. Боги, какого хрена происходит?

Бывшая воровка специально отстала на пару шагов от остальных, чтобы, наконец, поймать взгляд мага и послать ему свой собственный, полный недоумения. Но Рид не ответил.

Он завернул в ближайший переулок и толкнул тяжелую дубовую дверь. Внутри было пустынно, лишь пара гостей за дальним столиком неспешно заканчивала утреннюю трапезу. У Нэссы не возникло сомнений в том, что они тоже маги, адепты или преподаватели местной академии. Видимо, заведение Даниэль выбрал не случайно.

Они обошли своим вниманием центральные столы и устроились в небольшом закутке в углу. Хозяин подскочил сразу и, приняв заказ (вино от Адалии и Нэссы, баранину и огромную кружку новомодного бодрящего напитка со странным названием «кофе» для Рида), мгновенно удалился от греха подальше. Нэсса уже не впервые замечала, что люди, которым по долгу службы приходилось постоянно контактировать с магами, никогда не задавали праздных вопросов.

Продолжая хладнокровно изучать взглядом бывшую ученицу, Адалия первой решила прервать молчание:

– Эрин, я ведь могу тебя так называть? – Графиня кивнула, устремив бесцветные глаза на собеседницу. – Я думаю, много людей задается этим вопросом. Что ты делала всю неделю?

Строгий голос бывшей наставницы ныне бесконтрольного существа заставил Нэссу нервно улыбнуться. Подумать только, ведь она еще и учит юных магов! Наверное, они знатно ее недолюбливают.

– Я… изучала, – после короткой паузы ответила Эрин.

В ее холодный отчужденный тон впервые вкрались отзвуки эмоций. Кажется, задумчивость, но точно судить было невозможно.

Быстро, но некстати, поспел хозяин с бокалами и дымящейся тарелкой, распространяющей на весь зал по-домашнему вкусный аромат жареного мяса. Есть не хотелось, поэтому Нэссу слегка мутило. Зато Даниэль накинулся на еду с небывалым энтузиазмом.

Когда они снова остались вчетвером, Адалия легко щелкнула пальцами, добавила пару еле слышных слов, и тонкий радужный контур окутал стол, блеснул в колышущемся пламени свечей и пропал, поглотив все звуки вокруг.

– И что же ты изучала? – Она продолжила допрос.

– Жизнь, – просто ответила графиня. Рид перестал есть и тоже поднял на нее глаза.

Повисла гнетущая тишина, даже Адалия не нашла, что ответить. Лицо графини Дорс Велен снова ничего не выражало, но взгляд все так же был прикован к говорившей. На короткое время их взгляды сошлись, слились в незримом, бессмысленном и нежеланном Нимире поединке, и она не выдержала первой. Адалия резко отвернула голову, будто от пощечины, на несколько секунд по лицу разлилась мертвенная бледность. Поднимать взгляд снова и разговаривать она не рискнула.